Фамилия Баюринов — один из примеров того, как географический объект становится семейным именем. В основе лежит прозвище Баюра, которое в украинском языке означает «лужа». Но не только небольшая лужа после дождя: баюрой называли и постоянный водоём — озерцо, запруду, заболоченное место. Человек, получивший такое прозвище, скорее всего, жил у воды: на берегу пруда, в низине, где весной застаивалась вода, или прямо у небольшого озера.

Фамилия образована по стандартной для восточнославянских земель модели: к основе Баюр- добавили суффикс принадлежности -ин-, а затем родовое окончание -ов. Суффикс -ин указывает на прямую связь с конкретным человеком: «чей?» — Баюрин, то есть сын или потомок Баюры. Форма Баюринов — это уже более поздняя патронимическая конструкция, где к «Баюрин» добавили ещё одно родовое окончание, что иногда встречается в русских фамилиях как вариант уточнения принадлежности.

География фамилии может подсказать её происхождение. Прозвище Баюра — украинское по корню, поэтому наиболее вероятная зона возникновения фамилии — южнорусские и украинские губернии: Черниговская, Полтавская, Курская, Воронежская. В этих краях слово «баюра» было в ходу, и там же, среди болот и пойменных озёр, легко возникали такие прозвища.

Словообразовательная модель здесь необычна тем, что фамилия прошла двойную обработку: сначала суффикс -ин (Баюрин), а затем ещё один суффикс -ов (Баюринов). Это редкий случай, когда фамилия «растянулась» во времени: сперва человека записали как Баюрин, а позже, при переписи или смене документа, форма закрепилась с дополнительным окончанием, чтобы отличать ветви одного рода.

Сравните с однокоренными фамилиями: Баюров (прямая от прозвища Баюр), Баюрин (более старая форма), Баюрины (множественное число, обозначающее весь род). Фамилия Баюринов — самая полная и поздняя по форме, что может говорить о её фиксации в XIX веке, когда паспортная система требовала чёткого родового имени.

Точное время возникновения назвать сложно: процесс шёл несколько столетий, и прозвище могло появиться ещё в XVI–XVII веках, а фамилия окончательно оформилась к XIX веку. Но ясно одно: предок носителя этой фамилии жил не в сухой степи, а у воды — пусть и у самой обычной лужи, ставшей его отличительным знаком.