Фамилия Берестинь — одна из тех редких русских фамилий, где суффикс -ин скрывает не отчество, а указание на происхождение из конкретного места. В отличие от массовых Иванов и Петров, она не образована от крестильного имени, а связана с топонимом или прозвищем, что сразу выделяет её из ряда типовых фамилий.

Основа фамилии — слово «береста» (верхний слой коры берёзы) или его производные. В древнерусском языке «берестина» означала кусок бересты, берестяной свиток или просто берёзовую кору. Человек мог получить прозвище Берестя или Берестина за ремесло: например, он делал берестяные туеса, лапти, короба или занимался добычей бересты для письма и растопки. Прозвище могло привязаться и к месту жительства — урочищу, где росло много берёз, или к деревне с названием Берестино, Берестинка.

Фамилия образована по продуктивной модели: прозвище (или топоним) + суффикс принадлежности -ин. В русской ономастике суффикс -ин обычно указывал на принадлежность матери или отцу (сын Берести), но в данном случае, скорее всего, он закрепил за родом «того, кто живёт на Берестине» или «потомка Берести». В пользу топонимической версии говорит и то, что фамилия Берестинь встречается в основном в западнорусских и белорусских землях — на территории бывшего Полоцкого княжества и Смоленщины, где названия вроде Берестино не редкость.

Интересна необычная концовка: мягкий знак на конце — «Берестинь», а не «Берестин». Это редкий графический вариант, который мог возникнуть из-за местного произношения (аканья или мягкого окончания в говорах) либо при записи фамилии в польской или литовской канцелярии, где мягкость передавали через ь. В современном русском языке фамилия склоняется как существительное мужского рода (Берестиня, Берестиню), что тоже редкость — обычно фамилии на -ин склоняются по адъективному типу. Эта особенность указывает на то, что фамилия могла закрепиться не в книжной, а в устной традиции, среди крестьян или мещан западных губерний.

Однокоренные фамилии — Берестин, Берестнев, Берестень — встречаются чаще, но Берестинь стоит особняком. Она не попала в массовые списки дворянских родов и не «засветилась» в столичных архивах, что подтверждает её народное, локальное происхождение. Носителей этой фамилии немного, и большинство из них до сих пор живут в тех же местах, где фамилия возникла — в Брянской, Смоленской областях и на востоке Беларуси.