Фамилия Бочькарёв — один из тех редких случаев, когда написание расходится с произношением сильнее, чем обычно, и это может запутать даже носителя языка. На слух фамилия звучит как «Бочкарёв», и именно так её чаще всего пишут. Вариант с мягким знаком и буквой «ё» — Бочькарёв — встречается намного реже и сразу выдает старую, дореформенную орфографию. В XIX веке мягкий знак после шипящих в таких фамилиях был нормой: он указывал на мягкость предшествующего согласного. После реформы 1918 года написание упростили, но некоторые семьи сохранили исходную форму в паспортах и документах.

Основа фамилии — прозвище Бочькарь. Это слово, в отличие от привычного «бочар» (мастер по изготовлению бочек), имеет диалектный оттенок. В некоторых говорах, особенно на юге и западе России, «бочкарь» или «бочькарь» означало не только бондаря, но и человека, который торговал бочками или возил на них воду. Суффикс «-арь» в русских прозвищах часто указывал на профессию: гончарь, псарь, звонарь. Так что предок носителя фамилии Бочькарёв почти наверняка был ремесленником, связанным с производством или использованием бочек.

Словообразовательная модель типична для русских отчества: прозвище Бочькарь + притяжательный суффикс «-ёв» (под ударением после шипящих). То есть Бочькарёв — буквально «сын Бочькаря». Фамилия образована не от имени, а от прозвища по занятию, что характерно для среды посадских людей и крестьян, где фамилии закрепились позже, чем у дворянства.

Географически фамилия в обоих написаниях — и Бочкарёв, и Бочькарёв — встречается по всей России, но чаще на юге: в Ростовской, Волгоградской областях, на Кубани. Встречается и у казаков, что логично: казачьи хозяйства активно использовали бочки для воды, зерна, солонины, а бондарное ремесло там было в ходу.

Спорных версий у этой фамилии почти нет. Единственное, что иногда путает — попытка связать её с украинским «бочкар» или польским «beczkarz». Но для русского ономастикона это всё тот же бондарь, только в местном произношении. Так что если вы Бочькарёв, ваш предок, скорее всего, не был ни воином, ни купцом, а простым мастеровым, чьи руки делали то, без чего не обходилась ни одна деревня — бочки.