Фамилия Бондич — редкий пример модели, где славянская основа соединилась с суффиксальным оформлением, характерным скорее для южнославянских или польских фамилий. В основе лежит прозвище Бонда, которое, скорее всего, восходит к диалектному слову «бондя» — так в некоторых говорах называли толстого, неуклюжего человека. Эта версия, пожалуй, самая прямая: прозвища по внешним признакам давали часто, и они легко закреплялись.

Менее очевидная, но возможная линия ведёт к профессиональному прозвищу. «Бондя» могло быть связано с пастушеским или скотоводческим делом — в таком случае предок Бондичей не просто носил яркую кличку, а занимался определённым ремеслом. Обе гипотезы не противоречат друг другу: одно и то же слово могло описывать и внешность, и род занятий, в зависимости от местной традиции.

Суффикс -ич в фамилии Бондич — ключевая деталь. В русской ономастике он встречается реже, чем -ов или -ин, и обычно указывает на патроним (сын такого-то). Но в данном случае -ич не образует отчество напрямую от имени, а добавляется к уже готовому прозвищу. Такая модель типична для западных и южных славян: у поляков, белорусов, сербов или хорватов фамилии на -ич встречаются сплошь и рядом. Поэтому можно предположить, что носители фамилии Бондич имеют корни не в центральной России, а в западнорусских землях или в регионах, испытавших польское влияние.

Само прозвище Бонда со временем вытеснило прежнее родовое имя и закрепилось в документах уже как фамильное. Переход от уличного прозвища к официальной фамилии — обычная история для XVI–XVII веков, когда крестьяне и мещане получали постоянные фамилии. Бондичи, судя по всему, прошли этот путь без промежуточных форм на -ов или -ин, что делает фамилию морфологически нестандартной для русского уха.