Фамилия Борисихины — яркий пример того, как в русской традиции женское прозвище становилось основой для целого рода. В её основе лежит не мужское имя Борис напрямую, а его производная форма — Борисиха. Так на Руси называли жену или вдову человека по имени Борис. Суффикс -их- в таких прозвищах был типичен для северных и центральных областей России: он указывал на принадлежность к хозяйству («чья будешь?» — «Борисиха»). Со временем это «уличное» имя женщины закрепилось за её детьми как фамильная кличка, а окончание -ин добавило значение принадлежности: «чей сын?» — «Борисихин», то есть сын Борисихи.

Церковное имя Борис пришло на Русь с крещением. Его происхождение спорно: по одной версии, это краткая форма от Борислав, по другой — имя восходит к древнеболгарскому слову со значением «борец». В любом случае, имя стало одним из самых распространённых на Руси после канонизации князей Бориса и Глеба, что породило множество производных форм. Именно от «домашней», неофициальной формы Борисиха и пошла фамилия.

Особенность фамилии Борисихины — её редкая модель образования. В отличие от массовых Борисовых (от имени отца) или Борискиных (от уменьшительной формы), Борисихины указывают на прозвище матери. Такие «матримониальные» фамилии (производные от женских прозвищ) встречаются реже, но они точнее отражают быт русской деревни, где женщина нередко становилась главой дома или получала прозвище по мужу. Точное время и место возникновения фамилии установить сложно: процесс закрепления фамилий в крестьянской среде завершился лишь к XIX веку. Однако можно уверенно сказать, что предки Борисихиных жили в местности, где был распространён суффикс -их- для обозначения жён — это земли бывшего Новгородского княжества, Вятка, Урал или Поморье.

Таким образом, фамилия Борисихины — не просто память об имени Борис, а живое свидетельство семейного уклада, где прозвище матери, данное по мужу, передалось детям и закрепилось за родом.