Фамилия Борковы — одна из тех, что образованы от личного прозвища, а не от крестильного имени. В её основе лежит прозвище Борко, и здесь есть сразу несколько возможных объяснений, каждое из которых по-своему приоткрывает быт и занятия наших предков.

Самая неожиданная версия отсылает к западным русским говорам, где «борк» означало «стебло, ствол, дудка, очин пера» — то есть полый стержень пера. Если так, то прозвище мог получить писец, человек, чья работа была связана с письмом и перьями. Это редкий случай, когда фамилия указывает не на ремесленника или крестьянина, а на грамотного человека — подьячего или переписчика книг.

Другая группа версий опирается на глагол «боркать» — стучать, бренчать, а также бормотать или ворчать. Здесь открывается простор: Борком могли прозвать и плотника (по стуку топора), и лесоруба, и музыканта, играющего на каком-нибудь бренчащем инструменте, и просто ворчливого, недовольного человека. Какое из значений сработало в конкретной семье — теперь не узнать, но фамилия сохранила эту многозначность.

Есть и «огородная» гипотеза: от диалектного слова «боркан» — морковь. В этом случае прозвище Борк давали тому, кто выращивал морковь на продажу. Версия правдоподобная, но менее убедительная, чем две первые, поскольку слово «боркан» встречается реже, а связка «Борк — боркан» требует дополнительного шага в словообразовании.

Сама фамилия построена по простой и распространённой модели: прозвище на -о плюс стандартный суффикс -ов, дающий ответ на вопрос «чей?». Борков — значит сын или потомок Борка. Такая схема в XV–XVII веках стала основной для формирования русских фамилий у крестьян, посадских людей и мелких служилых. О точном месте возникновения фамилии сейчас судить трудно: процесс шёл столетиями, и одинаковые прозвища могли независимо появиться в разных регионах. Но ясно одно: Борковы — не от названия деревни Борки (хотя такое совпадение тоже возможно), а от живого прозвища, за которым стоит конкретный человек с характером или профессией.