Фамилия Боронин — хороший пример того, как за одним звучанием могут стоять совершенно разные истории, и выбрать единственно верную часто невозможно. В отличие от многих дворянских фамилий, эта вряд ли принадлежала вельможе: её корни уходят в народную среду, в прозвища и занятия простых людей.

Самая распространённая версия отталкивается от слова «борона» — сельскохозяйственного орудия для рыхления почвы после вспашки. Прозвище Борон могли дать либо самому крестьянину, работавшему с бороной, либо, что не менее вероятно, мастеру, который эти бороны изготавливал. Фамилия с суффиксом -ин образовалась по простой модели: «чей?» — «сын Борона». Родственная ей фамилия Баронин (с ударением на второй слог) имеет ту же основу, хотя на письме её часто путают с вариантом от титула «барон».

Впрочем, есть и другая, менее очевидная линия. В старых говорах существовал глагол «баронить» — важничать, держаться надменно. Соответственно, Бороном (или Бароном) в насмешку могли прозвать человека, который любил задаваться, хотя никакого отношения к знати не имел. Эта версия объясняет, почему фамилия не могла быть дворянской: титул барона в России был редок, и его носители образовывали фамилии иначе (например, Баронов, с суффиксом -ов).

Наконец, существует гипотеза, что крестьяне могли получить фамилию Боронины по принадлежности своему господину — барону, но это скорее исключение, чем правило: такие случаи единичны и не подтверждаются массовой статистикой.

Точное место и время возникновения фамилии установить сложно: как и большинство крестьянских фамилий, она закрепилась в разных губерниях постепенно, в течение XVII–XIX веков. Но независимо от того, стоял ли в её основе плуг или насмешливое прозвище, Боронины — это фамилия-памятник не столько письменности, сколько живому народному языку и быту.