Фамилия Борозинец — редкий пример того, как одна основа может вести сразу в две стороны: в географию или в крестьянский быт. И та, и другая версия имеют право на жизнь, и разобраться, какая из них ближе к истине, помогает словообразовательный разбор.

Начнём с географии. Прозвище Борозинец вполне могли дать человеку, который перебрался в другое место из села Борозино во Владимирской области. Такая модель — называть переселенца по покинутому поселению — одна из самых распространённых в русской ономастике. Суффикс -ец в этом случае указывает на принадлежность к местности: «борозинец» буквально значит «житель Борозина». Подобным образом образованы фамилии Тверитинов, Ростовцев, Кашинец.

Вторая версия выводит прозвище из украинского «борозна» — борозда, то есть углубление в земле, которое оставляет плуг при пахоте. Если следовать этому корню, Борозинец — не выходец из села, а пахарь, крестьянин, чьё прозвище напрямую связано с главным занятием земледельца. Суффикс -ец здесь работает иначе: он не топонимический, а характеризующий, как, например, в прозвищах Кузнец, Гребец, Жнец. Такое прозвище могло закрепиться за человеком, чья жизнь была неотделима от сохи и плуга, и указывало не только на профессию, но и на социальное положение — крестьянское сословие.

Какая из версий правдоподобнее? Обе опираются на реальные словообразовательные модели. Однако важно отметить, что прозвище Борозинец встречается в документах и устной традиции не только в центральной России, но и на юге, где украинское влияние сильнее. Это делает «пахотную» версию не менее весомой, чем топонимическую. Возможно, в разных регионах фамилия возникала независимо по разным причинам.

Известный носитель фамилии — Степан Николаевич Борозинец, Герой Советского Союза. Он награждён орденами Ленина, Красного Знамени, тремя орденами Отечественной войны первой степени, орденом Отечественной войны второй степени, двумя орденами Красной Звезды, орденом «За службу Родине» третьей степени и медалями. Его биография — ещё одно свидетельство того, что за фамилией, какой бы скромной ни казалась её основа, может стоять незаурядная судьба.