Фамилия Брагинов — это не просто отсылка к старинному напитку, а наглядный пример того, как в русских фамилиях работала модель «внучьего» отчества. Строение здесь простое: Брагинов — сын Брагина, то есть внук человека по прозвищу Брага. Сначала от прозвища образовали отчество первой степени (Брагин — сын Браги), а затем от него — фамилию, отвечающую на вопрос «чей?»: Брагинов.

Основа фамилии — прозвище Брага, которое напрямую связано с одноимённым напитком. Брага — слабоалкогольное питьё, которое на Руси варили задолго до появления технологии перегонки. Её делали из ржаной или овсяной муки, ячменного солода, с добавлением хмеля. Ржаная брага получалась тёмно-коричневой и густой, овсяная — светлой, её называли «белой брагой» или «овсянкой». Напиток этот был не только праздничным, но и строго регламентированным: после «Правил о кабаках» 1652 года крестьянам разрешалось варить брагу всего четыре раза в год — на Пасху, Рождество, Масленицу и Дмитриевскую субботу, а также по случаю крестин и свадеб. Употребить её нужно было за три-семь дней, после чего «кабацкие головы» имели право опечатать остатки.

Скорее всего, прозвище Брага дали не просто любителю выпить, а человеку, который брагу делал. Это профессиональное именование: в деревне мастера часто называли по продукту его труда. Брагарь, бражник — тот, кто варит брагу, торгует ею или содержит бражный двор. Отсюда и целое гнездо родственных фамилий: Брагин, Бражников, Брагинский. Фамилия Брагинов стоит в этом ряду отдельно — за счёт редкого суффикса -ов, добавленного к уже готовому отчеству на -ин. Такая модель встречается нечасто и говорит о том, что фамилия закрепилась в форме, подчёркивающей принадлежность к конкретному роду: не просто «сын Браги», а «внук Браги», что характерно для более позднего этапа формирования русских фамилий, когда отчества на -ин начали обрастать дополнительным суффиксом.

Точное время и место возникновения фамилии Брагинов установить сложно: такие фамилии могли независимо появиться в разных регионах, где существовало прозвище Брага и традиция варить хмельное сусло. Окончательные выводы возможны только после серьёзных генеалогических изысканий, но одно можно сказать уверенно: в основе фамилии лежит не случайное слово, а живое ремесло и бытовая культура допетровской Руси.