Фамилия Бредищев — яркий пример того, как прозвище, данное за характер или манеру поведения, закрепилось в родовом имени. Её основа — глагол «бредить», то есть говорить во сне, нести вздор, фантазировать. В старину «бреднем» или «бредой» называли человека, который говорит бессвязно, путано, или же того, кто склонен к пустым выдумкам. В отличие от современных ассоциаций с болезненным состоянием, в XVI–XVII веках это слово могло означать просто болтуна или чудака с необычными речами.

Разбор суффикса указывает на патронимическую модель. Суффикс -ев присоединяется к основам на мягкий согласный или шипящий: от прозвища Бредень (или Бредя) образовалось отчество Бредищев, где -ищ- — увеличительный или пренебрежительный суффикс. То есть Бредищев буквально означает «сын того, кого называли Бредищем» — человека с ярко выраженной склонностью к бреду. Такая форма с суффиксом -ищ- встречается реже, чем обычные -ов/-ев, и придаёт фамилии оттенок простонародной экспрессивности.

Географически фамилия тяготеет к центральным и южнорусским областям. В писцовых книгах XVII века встречаются крестьяне и посадские люди с прозвищем Бредень, особенно в рязанских и тульских землях. Дворянских родов Бредищевых в официальных родословных книгах нет — фамилия оставалась преимущественно крестьянской или мещанской. Это подтверждает её «говорящее» происхождение: прозвища, данные за особенности речи или ума, чаще закреплялись в низших сословиях, где не было строгой фиксации по гербовникам.

Интересно сравнить Бредищева с однокоренными Бредихиным и Бредневым. Первая образована от той же основы, но с другим суффиксом (-ихин), вторая — от «бредень» (рыболовная сеть), то есть могла относиться к рыбаку. Бредищев же однозначно отсылает к речевому поведению, а не к ремеслу. Эта узкая семантика делает фамилию редкой и выразительной: её носитель в прошлом почти наверняка был человеком, чьи странные или путаные речи бросались в глаза окружающим.