Фамилия Будаченков — наглядный пример того, как географическое имя превращается в родовое прозвище, а затем в фамилию. В её основе лежит топоним Будаки или Будаково, а точнее — название выходца из этих мест: «будаченок». Суффикс -енок (в диалектной форме -ёнок) в русских, белорусских и украинских говорах означал «сын» или «молодой человек», буквально — «маленький Будак». То есть Будаченков — это сын Будака (или Будаченка), а сам Будак — человек, живший в селе Будаки или в урочище Буда.

Самих «буд» в восточнославянской топонимике десятки. Чаще всего это слово восходит к «буда» — временной постройке, лесной избушке или заводу по производству поташа (буда — поташный завод). В XVI–XVII веках будники — это люди, которые жили в лесу, варили поташ, деготь, жгли уголь. Соответственно, Будаченковы — потомки либо таких лесных промышленников, либо переселенцев из многочисленных деревень с названием Будаки (они есть на Смоленщине, в Беларуси, на Украине). Фамилия характерна для южнорусских и западнорусских областей, особенно для Брянской, Смоленской, Калужской губерний, а также для востока Беларуси.

Обратите внимание на суффикс -енков. Это патроним второго порядка, типичный для русских фамилий XVII–XVIII веков. Сначала от имени Будак образовали «Будаченок» (сын Будака), а уже от этого прозвища — фамилию Будаченков, то есть «сын Будаченка». Вариант «Будаченко» без русского суффикса -ов встречается на Украине, а форма с -ов указывает на обрусение фамилии, часто — при переезде в центральные губернии или при записи в ревизские сказки русскими писцами. Встречается и написание Будачёнков, с ударением на ё, что отражает живое произношение.

Слово «будак» могло быть и прозвищем — так называли человека, жившего в будке, временном жилье, или же нелюдимого, диковатого («как в буде живёт»). Но в случае с фамилией Будаченков первичнее всё же географическая привязка: слишком много топонимов с корнем буд-. Сословная принадлежность носителей разная: среди Будаченков встречались и крестьяне, и однодворцы (в Тамбовской и Воронежской губерниях), и мещане. Фамилия редкая, не входит в первую сотню по частотности, но устойчиво держится в Брянской и Смоленской областях, а также в Москве — за счёт миграции XX века.