Фамилия Букарина — одна из тех, где на первый взгляд всё прозрачно, но при ближайшем рассмотрении открывается несколько равноправных версий. Словообразовательная модель проста: это типичная «материнская» фамилия на -ин, указывающая на принадлежность женщине. В старину Букариной могли назвать дочь или жену человека по прозвищу Букарь, либо же саму женщину, носившую такое прозвище. Но что скрывается за основой «букар-»? Тут и кроется главная загадка.

Самая прямая версия отсылает к диалектному слову «букарь» — так в некоторых говорах называли угрюмого, нелюдимого человека, «буку». Если предок получил такое прозвище за характер, то фамилия вполне укладывается в ряд «Хмуров», «Молчанов». Однако есть и другой, более предметный корень. В южных и западных русских говорах «букарями» называли также бурьян, сорную высокую траву, а в некоторых местах — и мелкий лес, кустарник. В этом случае прозвище могло достаться человеку, жившему в глухой, заросшей местности, или же крестьянину, чей участок земли был особенно «бурьянистым».

Третья версия уводит в профессиональную сферу. Слово «букарь» могло быть вариантом названия ремесла: так иногда называли бондаря (мастера по изготовлению бочек) или, что менее вероятно, булочника. Здесь нужно сделать оговорку: связь с бондарством прослеживается слабее, чем с диалектными названиями растений и характеров. Ономастический словарь Б. Унбегауна не фиксирует такую фамилию как производную от ремесла, но в народной этимологии этот вариант живёт и имеет право на существование.

Географически фамилия Букарина не привязана к какой-то одной области, но чаще встречается в центральных и южных регионах России, что косвенно подтверждает связь с южнорусскими говорами, где «букарь» — это именно бурьян. Примечательно, что фамилия могла возникнуть и от личного имени Бука, которое в старину давали как охранительное, чтобы отвадить от ребёнка злые силы: назовёшь «букой» — вырастет добрым.

Таким образом, у носителей фамилии Букарина есть как минимум три разных «портрета» предка: молчаливый и суровый человек, житель глухих зарослей или же бондарь. Какая из версий верна для конкретной семьи — можно попробовать понять по местным архивным записям, но в споре «характер против места жительства» чаще побеждает прозвище, данное по внешним признакам или поведению.