Фамилия Епанча — редкий случай, когда в основе лежит не имя, не ремесло и не место, а предмет одежды. Епанчой на Руси называли широкий безрукавный плащ, который носили поверх кафтана. Слово это пришло из тюркских языков (сравните турецкое «япынджы» — дождевой плащ), а в русском языке закрепилось к XVI веку. Человек, получивший такое прозвище, мог либо шить или торговать епанчами, либо постоянно носить такой плащ — возможно, из-за привычки или из-за того, что он был его единственной видной одеждой.

Фамилия образована без суффикса, по так называемой «нулевой» модели: прозвище Епанча напрямую стало фамилией. В русской ономастике это встречается реже, чем патронимы на -ов или -ин, и часто указывает на относительно позднее закрепление фамилии или на её происхождение из среды, где прозвище было особенно метким. В отличие от фамилий вроде Епанчин или Епанчов, здесь нет притяжательного суффикса, то есть фамилия не означает «сын Епанчи», а закрепилась как личное именование самого носителя прозвища.

Географически фамилия тяготеет к южным и центральным регионам России — областям, где тюркские заимствования в быту были часты. Встречается она и на Дону, и в бывших казачьих землях, где слово «епанча» знали хорошо: казаки носили такие плащи в походах. В архивных записях XVII–XVIII веков можно найти упоминания казаков и посадских людей с этим прозвищем, но массового распространения фамилия не получила — она осталась редкой, штучной.

Интересно, что ударение в фамилии плавающее: одни носители произносят Епанча́, другие — Епа́нча. Второй вариант ближе к литературной норме ударения в слове «епанча́», но в фамилиях ударение часто смещается. Спор о том, какой вариант «правильнее», не имеет смысла — фамилия живёт так, как её произносит семья.

Если сравнивать с однокоренными, то фамилия Епанчин (с суффиксом -ин) встречается чаще и понятнее по модели: «чей? — Епанчин». Епанча же сохранила исходное прозвище почти без изменений, что делает её более архаичной и ценной для историков языка. Сегодня носителей фамилии немного, но каждый из них хранит в своей фамилии память о старом русском плаще, под которым не видно было звания — только человек.