Фамилия Горяшкин — редкий случай, когда прозвище могло быть дано не за внешность или характер, а за конкретный бытовой эпизод. В её основе лежит слово «горяшка» — так в русских говорах называли ожог, обожжённое место на теле или, реже, горячий предмет. Человек, получивший такое прозвище, мог иметь заметный шрам от ожога или, по другой версии, работать у печи, горна или костра — там, где постоянно жарко и можно обжечься. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «Горяшкин» буквально означает «сын Горяшки» или «человек из семьи Горяшки».

Словообразовательная модель здесь простая и прозрачная. Основа «горяшк-» образована от глагола «гореть» с уменьшительным суффиксом -яшк-, который в русских фамилиях встречается нечасто. Аналогичные по структуре фамилии — Пряжкин (от прозвища Пряжка), Коряжкин (от «коряга»), но Горяшкин стоит особняком, потому что исходное слово не имеет нейтрального значения: «горяшка» — это всегда нечто болезненное или опасное.

Географически фамилия тяготеет к центральным и поволжским областям России, где диалектное слово «горяшка» фиксировалось этнографами. В документах XVII–XVIII веков встречаются крестьяне и посадские люди с прозвищем Горяшка — например, в переписных книгах Нижегородского уезда. Значит, фамилия возникла не в дворянской среде, а среди крестьян или ремесленников, где прозвища часто давались по заметным телесным отметинам.

Спорных версий две, но обе слабые. Первая — связь с именем Герасим (в просторечии Горяша). Однако от имени Герасим образуются фамилии Герасимов, Герасимкин, а форма Горяша — это уже самостоятельное прозвище, а не сокращение. Вторая версия — от тюркского слова «горя» (гора), но для фамилии Горяшкин это фонетически натянуто и не подтверждается ареалом бытования. Правдоподобнее всего остаётся бытовое прозвище по ожогу.

Таким образом, Горяшкин — фамилия, которая хранит память о конкретном человеке, получившем меткое прозвище либо по следу от огня, либо по роду занятий, связанных с жаром. Она не многочисленна, но именно это делает её ценной для тех, кто хочет понять не общую историю рода, а частную, почти осязаемую деталь жизни предка.