Фамилия Губанов — один из тех случаев, когда прозвище, данное по внешности, пережило века и закрепилось в официальном родовом имени. В основе лежит слово «губан»: так в старину называли человека с большими, пухлыми губами. Прозвище было наглядным и цепким, поэтому неудивительно, что оно встречается уже в документах XV века. Например, в новгородских записях 1495 года упомянут крестьянин Иван Губанов. Чуть позже, в 1610 году, фигурирует дворянин Алексей Иванович Губанов — это говорит о том, что фамилия не была закреплена за одним сословием, а бытовала и среди крестьян, и среди служилых людей.

Впрочем, не всегда «губан» указывал только на физическую особенность. В некоторых говорах так могли назвать обидчивого человека, который часто «надувает губы», то есть дуется. Обе версии имеют право на существование, но первая — по приметной черте лица — выглядит более естественной для прозвища, которое должно было сразу бросаться в глаза.

Суффикс -ов указывает на типичную русскую патронимическую модель: Губанов буквально означает «сын Губана». Такая форма образования фамилий стала массовой в XVI–XVII веках, и ранние упоминания Губановых это подтверждают. Примечательно, что в тех же документах встречается и просто имя Губан без фамильного окончания — например, крестьянин Губан Иван (1627 год). Это показывает, что прозвище ещё долго могло существовать самостоятельно, прежде чем окончательно перейти в фамилию.

Из более поздних носителей фамилии стоит упомянуть поэта Леонида Георгиевича Губанова (1946–1983), создателя литературного кружка СМОГ. Его творчество — уже совсем другая история, но сам факт, что фамилия с таким бытовым корнем дошла до поэтической среды 1960-х, лишний раз напоминает: за каждым родовым именем стоит живой человек, а не просто словарная статья.