Фамилия Гутько звучит скорее по-украински или по-белорусски, чем по-великорусски, и это ключ к её происхождению. Суффикс -ко — один из самых характерных для украинской и южно-белорусской ономастики: он уменьшительный и одновременно патронимический, то есть указывает на «сына такого-то» или «человека, связанного с таким-то». В украинском языке этот суффикс активно вытеснял русские -ов/-ев, и Гутько — типичный пример такой модели.

Основа фамилии — Гуть, сокращение от канонического имени Гутьер или, что вероятнее, от прозвища Гуть. Тут открывается простор для двух версий, и обе имеют право на жизнь. Первая: «гуть» в украинских и белорусских говорах — это «гудеть», «гудок», «шум». Прозвище Гуть могли дать человеку с громким голосом, любителю покричать или, наоборот, тому, кто постоянно напевал себе под нос. Вторая версия ведет к польскому guta (стекольный завод, плавильня) или к слову «гута» в значении «плавка», «выплавка металла». Тогда Гуть — это прозвище мастера-стеклодува или металлурга, человека, работавшего на гуте. Вторая гипотеза выглядит убедительнее, если учесть, что фамилия распространена в западных регионах Украины и в Беларуси, где гуты (стекольные заводы) были распространенным промыслом.

География фамилии подтверждает её западнорусское происхождение. Наибольшая концентрация носителей Гутько — в Гродненской и Брестской областях Беларуси, а также на Волыни и в Ровенской области Украины. Это зона, где веками переплетались украинские, белорусские и польские языковые влияния, что и отразилось в фамилии. Встречается она и в России, но чаще всего как результат миграций XIX-XX веков.

С точки зрения социального контекста, фамилия Гутько — крестьянская или мещанская. Суффикс -ко в XVI-XVII веках активно использовался для образования фамилий у казаков и простых людей, в отличие от дворянских -ов/-ев. Никакого аристократического подтекста здесь нет: предки носителей фамилии — скорее всего, ремесленники (стеклодувы) или просто люди, получившие прозвище за особенность характера. Важно и то, что фамилия не прошла через церковную книжную традицию, а сохранила живую разговорную форму, что говорит о её низовом, народном происхождении.