Фамилия Истранин (а также её вариант Истранины) — яркий пример того, как за привычной фамилией может скрываться неожиданная история. Если отталкиваться от самого прямого пути, то её основа — просторечное имя Истраня. А оно, в свою очередь, возникло как сокращение от церковных имён Евстратий или Каллистрат. Евстратий в переводе с греческого означает «добрый воин», а Каллистрат — «воинская краса». Оба имени были распространены на Руси, но в быту их часто упрощали до Елистрат, а затем и до короткого Истраня. Так что первый носитель фамилии, скорее всего, был человеком простого сословия — крестьянином или ремесленником, которого в документах записали по отцу: «Истранин сын», то есть сын Истрани.

Но есть и другая, более редкая версия, которая уводит нас в античность. Древние греки называли нижнее течение Дуная Истром (Ístros). Это название встречается ещё у Геродота. Если принять эту гипотезу, то Истраней могли прозвать человека, который жил на берегах Дуная или пришёл оттуда. Правда, эта версия менее вероятна для русской фамилии: гидронимы редко становятся основой для уменьшительных форм на -я, а вот для прозвищного имени — вполне. Тем не менее, полностью исключать её нельзя, особенно если учесть, что фамилия могла возникнуть в южнорусских или западнорусских землях.

Обратите внимание на суффикс -ин. В русской ономастике он указывает на принадлежность: «чей?» — Истранин, то есть принадлежащий Истране. Такая модель типична для фамилий, образованных от имён и прозвищ, оканчивающихся на -а или -я. В этом Истранины стоят в одном ряду с Пушкиными, Голицыными или Репиными — разница лишь в том, что их основа не столь известна.

Точное время возникновения фамилии назвать сложно: процесс становления русских фамилий растянулся на несколько столетий. Однако сама фамилия — редкий случай, когда в основе лежит не полное каноническое имя, а его разговорный вариант, сохранивший живую народную речь. Это делает её ценным памятником не только славянской письменности, но и повседневной культуры тех, кто жил задолго до нас.