Фамилия Кабан — одна из тех, что образована напрямую от прозвища, без добавочных суффиксов, поэтому звучит броско и недвусмысленно. В основе лежит нарицательное «кабан» — самец свиньи. Однако, называя человека Кабаном, предки вряд ли имели в виду обычное животное. У славян вепрь был символом воинской доблести, упорства и силы, а в некоторых языческих традициях — ещё и священным зверем, которому приписывали дар пророчества. Прозвище могли дать за физическую мощь, крепкое телосложение или упрямый, напористый характер.

Такой тип фамилий (без суффикса, «чистая» основа) встречается реже, чем, например, Кабанов, и характерен скорее для украинской, белорусской или южнорусской традиции, где прозвище легко переходило в фамилию без изменений. В документах XVII века прозвище Кабан уже фиксируется: в «Ономастиконе» академика С. Б. Веселовского упомянут Иван Кабан, крестьянин (1627 год). Это подтверждает, что прозвище бытовало в среде земледельцев, а не только в воинском сословии. Позже потомки этого Ивана или других людей с таким же прозвищем могли получить фамилию Кабан — в зависимости от региона и канцелярской записи.

Стоит отметить, что у южных и западных славян слово «кабан» могло иметь и иное, бытовое значение — так называли не только дикого зверя, но и крупного, нелюдимого человека. Поэтому при поиске корней своей фамилии стоит обратить внимание на географию: если предки жили в Беларуси или на Украине, фамилия Кабан там встречается чаще и могла закрепиться без изменений. В северных и центральных областях России более типична форма Кабанов, а Кабан — редкий вариант, сохранивший первоначальное прозвище в неприкосновенности.