Фамилия Кафановы — один из тех случаев, где на стыке языков и культур рождается неочевидная история. Разбирать её стоит не с корня, а с двух равноправных версий, каждая из которых ведёт в свою эпоху.

Первая и самая распространённая гипотеза отталкивается от тюркского слова «kafan» — саван, погребальная одежда в исламской традиции. Казалось бы, мрачноватая основа для фамилии, но в ономастике это объясняется «охранительной» магией имени. Родители, нарекая сына Кафаном, надеялись обмануть злых духов: мол, перед ними не живой ребёнок, а уже «готовый к погребению», и смерти незачем за ним приходить. Такие имена-обереги встречаются у многих народов, и тюркская среда здесь — наиболее вероятный источник. Эта версия уводит корни фамилии в XV–XVII века, ко временам активных контактов русских княжеств с выходцами из Золотой Орды, печенегами или половцами.

Вторая версия — топонимическая. Она связывает фамилию с армянским городом Кафан (современный Капан на юге страны). Город, зажатый крутыми склонами в долине реки, был известен своими рудниками и медеплавильными заводами, а в XVIII веке стал центром национального движения под предводительством Давид-бека. Если основатель рода действительно происходил из тех мест, то прозвище Кафан указывало не на ремесло или обычай, а на географическую родину — типичный для фамилий путь.

Важно, что обе версии не исключают одна другую. В русской среде фамилии на -ов от тюркских и армянских основ не редкость: дворянские роды нередко вели начало от выходцев с Востока, и фамилия Кафановы — один из таких памятников, где за бытовым или географическим прозвищем стоит целый пласт средневековой истории.