Фамилия Каничева — женская форма от Каничев, и её ключ — в прозвище, а не в имени. Основа «канич» почти наверняка связана с диалектным словом «каника» или «каничка» — так в некоторых русских говорах называли ёрника, проказника, шалуна, а то и вовсе бесстыжего человека. Слово это, в свою очередь, выводят от «канить» — докучать, надоедать, приставать. То есть предок по этой линии был человеком неспокойным, задиристым или назойливым — прозвище давалось по характеру, а не по ремеслу.

Модель образования проста: прозвище Канич (или Каника) плюс типичный русский суффикс принадлежности -ев. Фамилии на -ев образовывались от основ на мягкий согласный или -й, и здесь «Канич» дало «Каничев», а далее — «Каничева». Интересно, что в центральных и северных губерниях (Вологодская, Архангельская, Костромская) слово «каника» фиксируется в значении «озорник» — и именно оттуда, скорее всего, пошла фамилия. Южные варианты маловероятны: там корень мог бы звучать иначе.

Менее убедительная, но возможная версия — связь с тюркским «каныч» (родственник, кровник) или с уменьшительной формой имени Кан (от Иоанн? Канидий?). Но русская диалектная основа выглядит естественнее и объясняет фамилию без натяжек. В документах XVII–XVIII веков встречаются крестьяне Каничевы в Вятской и Пермской губерниях — это косвенно подтверждает северно-русское происхождение, так как переселенцы несли говоры именно оттуда.

Фамилия Каничева недвусмысленно указывает на то, что первый носитель прозвища Канич был заметной фигурой в своей среде — не обязательно со знаком минус, но уж точно не тихоней. В современном распределении она встречается редко, что делает её хорошим маркером для генеалогического поиска: если ваши предки Каничевы, ищите их в документах по Вологодской, Кировской или Пермской области.