Фамилия Хинин — одна из тех, где интуиция подсказывает связь с лекарством, но этимология оказывается сложнее и интереснее. Вопреки ожиданиям, корень здесь не латинский и не аптечный, а вполне русский, хотя и редкий.

В основе фамилии лежит нестандартное прозвище или мирское имя Хиня. В старых русских говорах «хиня» — это «хилый, болезненный, слабый человек» (от глагола «хинуть» — «хиреть, чахнуть»). Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — Хинин, то есть «сын Хини», «потомок Хини». Такая модель типична для фамилий, образованных от прозвищ с окончанием на -а/-я (ср. Косой — Косин, Грязный — Грязнин). Второй, менее вероятный вариант — от уменьшительной формы канонического имени Феофан (в народном произношении Хован, Ховин, Хиня), но для этого нет устойчивой диалектной поддержки.

Географически фамилия Хинин тяготеет к южнорусским и западнорусским областям, особенно к Брянской, Смоленской и Калужской губерниям. Именно там фиксируются старые писцовые книги с упоминаниями крестьян Хининых. Встречается она и у старообрядцев — как вариант мирского имени, данного по внешнему виду или здоровью младенца.

Стоит отметить, что фамилия Хинин не имеет никакого отношения к хинину — противомалярийному алкалоиду. Это слово пришло в русский язык через французский и испанский из языка кечуа (quina — «кора») лишь в XVIII веке, когда фамилия уже давно сложилась. Совпадение случайное, но именно оно порождает большинство ложных догадок.

Таким образом, предок носителя фамилии Хинин — скорее всего, крестьянин или ремесленник, которого в деревне прозвали Хиней за слабое здоровье или невысокий рост. Фамилия сохранила это прозвище в неизменном виде, минуя книжную форму и лекарственные ассоциации.