Фамилия Хохрянова — женская форма фамилии Хохрянов, и её происхождение напрямую связано с прозвищем или именем Хохрян. Чтобы понять корень, нужно отбросить типичный русский фамильный суффикс -ов (в женском роде -ова), который указывает на принадлежность: «чей?» — Хохрянов, то есть сын или потомок Хохряна. Основа здесь — Хохр-, и это редкий случай, когда фамилия образована не от очевидного «хохол» (прядь волос или прозвище украинца).

Наиболее правдоподобная версия связывает Хохряна с диалектным словом «хохря» или «хохряк». В северных и сибирских говорах так называли неопрятного, неряшливого человека, иногда — замарашку. Слово звукоподражательное или образовано от глагола «хохрить» (ерошить, взлохмачивать, делать неаккуратным). Прозвище Хохрян могли дать человеку с растрёпанными волосами или тому, кто не следил за одеждой. В ономастике известна параллель с фамилией Хохрин (от «хохра» — хохол, вихор), но Хохрянов стоит особняком из-за суффикса -ян, который в русских фамилиях встречается реже, чем -ин или -ов, и часто указывает на вариант прозвища (сравните: Грязнов и Грязнухин, где -ух-/-ян- меняют оттенок значения).

Вторая, менее вероятная версия — от личного имени Хохря, которое могло быть уменьшительной формой от Хохол (как прозвище по внешнему признаку). В таком случае фамилия означала бы просто «потомок того, кого звали Хохол». Но диалектная «неопрятность» звучит убедительнее, поскольку слово «хохря» зафиксировано в словарях говоров Вологодской и Архангельской областей. Это указывает на географический центр фамилии: Хохряновы — скорее всего, выходцы с Русского Севера или Урала, куда переселялись северяне.

Социально фамилия относится к крестьянской среде: прозвища по внешности или поведению давали в деревнях, и они нередко становились наследственными. В дворянских родах такая основа почти не встречается. Поскольку фамилия редкая (в списках частотных русских фамилий она отсутствует), её носители, вероятно, происходят из одного или нескольких локальных гнёзд — например, из бывшей Вятской губернии, где «хохрить» значило «ерошить шерсть» и могло относиться к занятию скорняка или валяльщика. В любом случае, в основе лежит не имя святого и не профессия, а бытовое прозвище, которое закрепилось за родом.