Фамилия Хорхорин — редкий пример того, как прозвище, данное по характеру или внешности, закрепилось в роду и пережило несколько столетий. В основе фамилии лежит личное прозвище Хорхоря, которое в разных русских говорах имело несколько значений, и все они — яркие, образные.

Чаще всего Хорхорей называли задорного, бойкого человека или хвастунишку. В вологодских говорах словом «хорхора» обозначали растрепанную, шерстоперую курицу, а в калужских — человека, ходившего в потрепанной одежде, в лохмотьях. Кроме того, хорхором в народе называли борового кулика, то есть вальдшнепа. То есть прозвище могло указывать либо на живой, неуемный нрав предка, либо на его неопрятный вид, либо на сходство с птицей — по манере поведения или внешности.

Исторические источники подтверждают, что прозвище было в ходу у людей разного сословия. С. Б. Веселовский в своих ономастических работах упоминает Хорхору Давидовича (середина XV века), князя Ивана Андреевича Золотого-Оболенского (1567 год), Григория Юрьевича Старого Медикова (начало XVI века) и Федора Яковлевича Кутузова (конец XV века). Эти упоминания показывают, что прозвище не было привязано к одному региону или социальному слою: его носили и князья, и служилые люди, и крестьяне.

Фамилия образовалась по стандартной для русского языка модели: к основе Хорхоря добавился притяжательный суффикс -ин, который указывал на принадлежность потомку человека с таким прозвищем. Первоначально Хорхорин означал «сын Хорхори» или «человек из семьи Хорхори». Со временем суффикс утратил значение родства и закрепился как фамильный, а само прозвище, давшее жизнь фамилии, исчезло из живого употребления.

Сегодня фамилия Хорхорин встречается редко, что делает её особенно ценной для тех, кто её носит: за ней стоит не случайное имя, а меткое народное слово, которое когда-то точно описывало конкретного человека.