Фамилия Хренососов — один из тех редких случаев, когда значение прозвища лежит на поверхности, но его бытовой контекст может удивить современного читателя. Основа здесь — глагольная конструкция «хрен сосать». Вопреки догадкам, это не грубое ругательство, а конкретное занятие: хрен в крестьянском быту квасили, терли, сушили, но не сосали. Прозвище Хреносос, скорее всего, получил человек, который постоянно жевал или грыз корень хрена — то есть делал это по привычке, для остроты ощущений или, по народной медицине, для профилактики цинги и простуд. В некоторых говорах «сосать хрен» означало «терпеть лишения, перебиваться с хлеба на квас», так что прозвище могло закрепиться за бедняком или скупердяем.

Суффикс -ов указывает на стандартную русскую патронимическую модель XVI–XVII веков: Хренососов — сын Хренососа. Фамилия образована напрямую от прозвища, без промежуточного имени вроде Хренососович. Такие «говорящие» фамилии на -осос (сравните Пустососов, Кровососов) встречаются в основном в северных и центральных губерниях России, где был распространен промысел заготовки хрена. В переписных книгах XVII века подобные прозвища фиксировались как личные, а уже к XIX веку закрепились в качестве фамилий.

Спорных версий происхождения немного. Иногда пытаются связать фамилию с диалектным словом «хреносос» — так в Псковской области называли мелкого торговца, который выменивал товар на хрен (то есть брал вместо денег натуральный продукт). Но эта гипотеза слабая: нет надежных письменных подтверждений такого значения, и она не объясняет глагольную форму «сосать». Правдоподобнее всего — прозвище по действию, которое либо было привычкой, либо давалось в насмешку.

Фамилия Хренососов остается редкой. В современных телефонных справочниках и базах данных она встречается единично, в основном на юге России и в Поволжье. Это не случайность: в XIX веке такие «неблагозвучные» фамилии часто меняли при переездах или поступлении на службу, поэтому многие носители могли стать, например, Хреновыми или Сосовыми. Сохранилась фамилия скорее всего у потомков тех, кто жил замкнуто, в глухих деревнях, где на прозвище не обижались и передавали его по наследству без изменений.