Фамилия Хританкова — женская форма фамилии Хританков, а та, в свою очередь, образована от мужского прозвища или нецерковного имени Хритан. Корень здесь — «хрит-», и это сразу указывает на редкую, но интересную основу. Скорее всего, перед нами вариант от «хрип» или «хрипеть»: Хритан — это человек с хриплым голосом, либо тот, кто постоянно кашляет, «хрипит». В русских говорах слово «хритан» или «хритун» могло означать именно такого человека — обладателя сиплого, надсадного голоса. Прозвище давали по заметной физической особенности, и оно легко закреплялось за родом.

Модель образования типична для восточнославянских фамилий: суффикс -ов/-ев присоединялся к основе, чтобы указать на принадлежность («чей?» — Хританов, сын Хритана). Форма на -ков — результат дальнейшей адаптации: в некоторых диалектах или при переписях фамилию могли записать с «к» (Хританков) как вариант, аналогичный парам «Иван — Иванков» или «Петр — Петрков». Такое встречается, если первоначальное имя или прозвище оканчивалось на -ан, и народная этимология «укрепляла» суффикс.

Географически фамилия Хританков (и, соответственно, Хританкова) привязана к южнорусским и украинским регионам. Встречается она в документах XIX века по Воронежской, Курской и Харьковской губерниям. Там слово «хритан» бытовало как диалектное прозвище, а фамилии на -ков и -енков — характерный признак именно этих территорий. В северных областях, где преобладали фамилии на -ов и -ин, такая форма редка.

Спорных версий немного. Можно предположить, что корень восходит к греческому «Христос» через уменьшительную форму (вроде Христя, Хритан), но это маловероятно: православные имена давали в полной форме, а прозвища от «Христа» — большая редкость, и они обычно звучали как Христов или Христорождественский. Прямой связи с греческим нет — основа прозрачно связана с хрипотой, а не с религией.

Таким образом, предки носительницы фамилии Хританкова — скорее всего, крестьяне из чернозёмной полосы России, один из которых получил уличное прозвище Хритан за характерный голос. Фамилия сохранила эту бытовую, живую деталь, и в ней нет ни дворянского лоска, ни книжной выдумки — только народная наблюдательность.