Фамилия Коковкины — одна из тех, где за привычным окончанием скрывается неочевидная история. Она образована от прозвища Коковка, а оно, в свою очередь, восходит к слову «кока». Вот тут и начинается главная трудность: у этого слова в русских говорах было множество значений, и без знания конкретной семьи мы можем лишь перечислить варианты.

Самая распространённая версия связывает прозвище с «кокой» — крёстным отцом или крёстной матерью. В этом случае Коковкой называли женщину, которая была восприемницей при крещении. Однако «кока» — это ещё и пирог с кашей и яйцами, и резное украшение на коньке избы, и кочерга или клюка, и даже сплетни или шутка. Поэтому прозвище Коковка могла получить и искусная стряпуха, и жена плотника, и старуха, не расстававшаяся с клюкой, и болтливая женщина.

Обратите внимание на суффикс -ин. В русской антропонимии фамилии на -ин традиционно образовывались от основ на -а/-я. Здесь основа — Коковк- (от Коковка). Модель простая: «чей?» — «Коковкин», то есть сын или потомок Коковки. Это типичная «материнская» или «прозвищная» фамилия, распространённая в северных и центральных регионах России, где форма на -ин так же частотна, как и на -ов.

Географическая привязка фамилии неочевидна, но можно предположить, что её корни — в среде крестьян или посадских людей. В документах XVII–XVIII веков встречаются отдельные упоминания крестьян Коковкиных, например, в переписных книгах по Вологодскому и Архангельскому уездам. Это косвенно подтверждает связь с северными говорами, где слово «кока» бытовало особенно широко.

С точки зрения словообразовательной модели фамилия Коковкин — яркий пример того, как одно прозвище, закрепившись за родом, может нести в себе сразу несколько возможных историй. Какая из них верна для конкретной семьи — без дополнительных генеалогических изысканий сказать нельзя. Но сам факт, что фамилия сохранила многозначное диалектное слово, делает её ценным свидетельством живой народной речи.