Фамилия Кортининов — редкий пример того, как простое прозвище обрастает фамильными суффиксами, превращаясь в сложную конструкцию. В её основе лежит прозвище Кортина. Слово «кортина» в русских говорах имело несколько значений: так называли короткую женскую одежду, род кофты или безрукавки, а в некоторых регионах — занавеску, полог. Человек, носивший такую одежду или торговавший ею, мог получить прозвище Кортина. Менее вероятно, но не исключено, что прозвище было связано с итальянским городом Кортина-д’Ампеццо — в этом случае его давали выходцу оттуда, но для русской глубинки такое происхождение маловероятно.

Суффикс -инов указывает на принадлежность: первоначально Кортининов означало «сын Кортинина». Сама фамилия Кортинин, в свою очередь, образована от прозвища Кортина с помощью типичного русского суффикса -ин, который добавлялся к основам на -а или -я. Таким образом, Кортининов — это «внук» Кортины, то есть фамилия трёхступенчатого образования: прозвище → Кортинин → Кортининов. Подобные цепочки встречаются нечасто и обычно свидетельствуют о том, что фамилия закрепилась в позднее время, когда уже существовала фамилия Кортинин, а её носители хотели подчеркнуть родство с более отдалённым предком.

Географически фамилия Кортининов тяготеет к южнорусским и волжским регионам. Встречаются единичные записи в документах конца XIX века среди крестьян Тамбовской и Саратовской губерний. Сословно предки Кортининовых, скорее всего, были крестьянами или мещанами — фамилия не носит дворянского или купеческого оттенка. В отличие от распространённых «профессиональных» фамилий вроде Кузнецов или Мельников, Кортининов отсылает к бытовой детали, что делает её особенно ценной для реконструкции повседневной жизни предков.

С точки зрения словообразования фамилия уникальна: она не имеет однокоренных «близнецов» в известных ономастических словарях. Если сравнивать её с похожими моделями, то можно вспомнить фамилии типа Холстининов (от «холстина» — грубая ткань) или Рубанинов (от «рубань» — рубанок), но Кортининов остаётся в стороне — ни один из этих аналогов не повторяет её точную основу. Это говорит о том, что прозвище Кортина было локальным, возможно, даже внутрисемейным, и не получило широкого распространения за пределами одного рода.