Фамилия Кортининов — редкий и неочевидный случай в русской ономастике. Её основа не лежит на поверхности, поэтому разбирать её стоит не с корня, а с модели образования и возможного географического следа.

Первое, что бросается в глаза, — суффикс -инов. Это вариант патронимического суффикса -ов, который присоединялся к основам, оканчивающимся на -ин (ср. Пушкин → Пушкинов, но чаще — напрямую: Пушкин сын → Пушкины). В фамилии Кортининов суффикс двойной: -ин-ов. Такая цепочка встречается, но не массово. Она означает, что в основе лежало прозвище или имя, которое уже имело суффикс -ин (например, Кортиня, Кортина), а уже от него образовали фамилию по модели «чей?» — Кортининов, то есть «сын Кортини». Это указывает на относительно позднее оформление фамилии, возможно, в среде, где патронимы ещё не застыли в единую форму.

Главная загадка — корень Кортин-. Самого слова «кортина» в русском литературном языке нет. Здесь возможны два пути.

Первый — западноевропейский. В итальянском, испанском и португальском cortina означает «занавес», «штора» или «крепостная стена» (от лат. cortis — двор). В русские говоры это слово могло попасть через театральный или военный обиход (например, «кортина» как часть бастиона). Прозвище Кортина могли дать портному, работавшему с занавесями, или человеку, жившему у крепостной стены. Однако эта версия требует, чтобы предок имел прямое отношение к итальянской или испанской культуре, что для русской глубинки маловероятно.

Второй путь — местный, диалектный. В рязанских и тульских говорах фиксируется слово кортина в значении «корзина», «плетёнка» (искажённое «корзина»). Если так, то прозвище Кортина мог получить корзинщик или торговец плетёными изделиями. Это объяснение проще и ближе к реалиям крестьянского быта.

Третья, менее вероятная версия — связь с фамилией Кортиков (от «кортик» — короткий меч). Но здесь другая словообразовательная модель, и суффикс -инов к ней не подходит.

Фамилия Кортининов — самобытный памятник славянской культуры, но её уникальность в том, что она могла возникнуть на стыке разных языковых традиций. Именования, образованные по той же модели, широко представлены в ономастике восточных, западных и южных славян, но именно вариант с двойным суффиксом встречается редко. Окончательно говорить о точном времени и месте происхождения фамилии Кортининов можно лишь на основании серьёзных генеалогических исследований, но уже сейчас ясно: её носитель, скорее всего, потомок мастера-корзинщика или человека, получившего прозвище за связь с «кортиной» — будь то занавес, стена или плетёное изделие.