Фамилия Корягичев — редкий пример того, как прозвище, закрепившееся в документах, прошло через несколько этапов словообразования, прежде чем стать современной фамилией. В её основе лежит корень «коряг-», который указывает на прозвище Коряга. Так в старину могли назвать человека за внешнее сходство с корягой — сучковатым, искривлённым деревом, то есть за сутулость, угловатость фигуры или неловкость. В переносном смысле Корягой иногда называли упрямого, «кряжистого» человека, которого трудно переубедить.

От прозвища Коряга сначала образовалась форма Корягич — так в северных и центральных русских говорах именовали сына или потомка Коряги. Суффикс -ич здесь выполнял ту же роль, что и более привычный -ов/-ев: указывал на родство. А уже от отчества Корягич возникла фамилия Корягичев, где суффикс -ев присоединился к основе на мягкий согласный. Такая модель — отчество через -ич плюс фамильный суффикс — встречается реже, чем прямое образование от имени или прозвища, и часто говорит о более позднем оформлении фамилии, возможно, в среде крестьянства или мещанства XIX века.

Географически фамилия Корягичев тяготеет к Волго-Вятскому региону и северу Поволжья. В переписях и метрических книгах XIX века её носители чаще всего встречаются в бывшей Вятской губернии и соседних уездах Костромской губернии. Это согласуется с диалектной лексикой: слово «коряга» в значении «кривое дерево, коряжина» активно бытовало именно в севернорусских говорах. Предки современных Корягичевых, скорее всего, были государственными крестьянами или занимались лесными промыслами — рубкой, сплавом леса, смолокурением.

Менее вероятная, но допустимая версия связывает фамилию с топонимом: в России есть несколько мелких речек и урочищ с названием Коряга, Коряжный. В таком случае прозвище могло закрепиться за человеком, переселившимся из этих мест. Однако для фамилии Корягичев, где отчётливо видна патронимическая цепочка (Коряга → Корягич → Корягичев), версия от личного прозвища выглядит убедительнее.

В написании фамилии стоит обратить внимание на концовку: -ев, а не -ов. Это не случайность — после мягкого согласного «ч» в русской ономастике закономерно появляется суффикс -ев. Поэтому вариант «Корягичов» ошибочен, хотя в дореволюционных записях из-за неграмотности писарей могли встречаться оба написания. Нынешняя форма Корягичев — единственно верная с точки зрения исторической морфологии.