Фамилия Коряковы (чаще встречается в форме Коряков) — один из тех случаев, когда за одним звучанием скрывается целый веер возможных историй. Главная версия ведёт к прозвищу Коряк, а оно, в свою очередь, — к многозначному слову «коряка». В говорах так называли и развилину дерева, и несговорчивого человека, и даже ленту через плечо (орден). Согласитесь, разброс значений даёт простор для воображения: прозвище мог получить и лесник, работающий с раздвоенными стволами, и упрямец, которого трудно переубедить, и человек с заметной наградой. Есть и более прозаичная версия: диалектное «коряк» — это ковш для воды или кваса. Тогда носитель прозвища торговал ковшами или сам их мастерил.

Словообразовательная модель прозрачна: суффикс -ов указывает на принадлежность («чей?»), то есть Коряковы — это дети, потомки человека по прозвищу Коряк. Фамилия типична для центральных и северных областей России, где такие прозвища были распространены.

Отдельно стоит разобрать версию, которая кажется самой очевидной, но на деле — наименее вероятная. Речь о связи с народом коряков, коренным населением Камчатки и соседних регионов. Да, формально прозвище Коряк мог получить человек, приехавший с северо-востока, родившийся в смешанном браке или долго живший среди коряков. Однако для центральной России, откуда пошла основная масса фамилий на -ов, такой этнический след — редкость. Прозвища по национальности давали, но чаще соседним, хорошо знакомым народам (татарин, немец, мордвин), а не далёким корякам. Поэтому эта версия хоть и возможна для отдельных ветвей рода, но уступает по массовости прозвищу из местного говора.

В итоге фамилия Коряков — скорее всего, памятник не этнографии, а живой народной речи, где одно слово могло описывать и внешность, и характер, и занятие человека.