Фамилия Корыстин — наглядный пример того, как нейтральное в прошлом слово со временем приобрело резко негативный оттенок, но успело закрепиться в родовом имени. В основе фамилии лежит древнерусское прозвище Корыстя, а оно, в свою очередь, произошло от существительного «корысть». Однако в старину это слово не было таким однозначно осуждающим, как сегодня.

В словаре Владимира Даля у «корысти» целый веер значений: тут и жадность к богатству, и просто выгода, польза, барыш, и даже «рост, проценты» (то, что мы сегодня назвали бы доходом с капитала). Пословицы той поры показывают разницу: «Неправедная корысть впрок нейдет» — осуждается именно неправедная, а «Без корысти торговать нельзя» — здесь корысть синонимична нормальной торговой прибыли. Прозвище Корыстя могли дать и купцу, умевшему извлечь выгоду, и человеку, которого действительно «корысть одолела», как говорилось в другой поговорке.

Фамилия образована по типичной русской модели с суффиксом -ин, который указывает на принадлежность: «чей?» — Корыстин, то есть сын или потомок Корысти. Такой способ словообразования характерен для прозвищ и имен, оканчивающихся на -а/-я (Корыстя → Корыстин). Это отличает её от фамилий на -ов/-ев, которые чаще образовывались от основ на согласный или -о.

Примечательно, что фамилия Корыстин — редкая. Слово «корысть» быстро ушло в разряд порицаемых, и прозвище вряд ли давали часто, а если и давали, то вряд ли оно передавалось с гордостью. Тем не менее, фамилия сохранилась, и её носители могут считать, что их предок был либо расчётливым и удачливым в делах человеком (возможно, торговцем), либо, напротив, получил прозвище за излишнюю алчность — но это осталось лишь догадкой, которую не проверить через века.