Фамилия Купырин — редкий случай в русской ономастике, где основа, скорее всего, связана не с профессией или именем, а с диалектным прозвищем. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Купырин буквально значит «сын Купыри» или «человек из семьи Купыри». Такая модель типична для фамилий, образованных от прозвищ или мирских имён, оканчивающихся на -а/-я.

Корень «купыр-» в русских говорах имеет несколько значений, и самое правдоподобное — «коротышка», «невысокий плотный человек». В архангельских и вологодских говорах «купырь» — это также заросли кустарника, бурелом, а в некоторых местах так называли капустный кочан или стебель. Поэтому прозвище Купыря могли дать человеку приземистому, коренастому или, наоборот, тому, кто жил в лесистой, заросшей местности. Менее вероятна, но не исключена связь с диалектным «купыркаться» — кувыркаться, падать, что могло закрепиться за непоседливым ребёнком.

Географически фамилия тяготеет к северным и центральным регионам России: чаще всего Купырины встречаются в Вологодской, Кировской, Костромской областях. Встречаются единичные носители и на Урале, что объясняется миграцией крестьян в XIX веке. В дореволюционных переписях фамилия почти не фиксируется среди дворянства или купечества — это типично крестьянская фамилия, возникшая в среде черносошных или помещичьих крестьян.

Однокоренные фамилии (Купырев, Купыркин) встречаются ещё реже, что говорит о локальном характере прозвища. В отличие от фамилий на -ов, которые могли образовываться от названий профессий или церковных имён, Купырин сохраняет связь с народной, неканонической лексикой. Это делает фамилию ценной для исследователей: она — отражение живого говора, а не книжного имени.

Если ваш предок носил фамилию Купырин, он, скорее всего, был крестьянином из северной или северо-восточной части России, а его прозвище указывало либо на внешность (низкорослость), либо на особенность характера (непоседливость), либо на место жительства (у зарослей). Точнее определить корень можно только по конкретной семейной истории, но сам факт, что фамилия не потерялась в массе Ивановых и Кузнецовых, уже говорит о её необычном происхождении.