Фамилия Квакина — одна из тех, что хранит в себе звуковой образ: её основа — прозвище Квака. В старину так могли назвать ребёнка за привычку плакать, хныкать — отсюда и связь с глаголом «квакать». Но это не единственная версия, и, пожалуй, не самая глубокая.

Слово «квака» имело и другие значения. В народной речи так называли лягушку, а также болотную птицу — выпь или ночную цаплю, которую в некоторых говорах именовали «квак» или «квакша». Здесь мы выходим на пласт древних славянских верований. До крещения Руси было принято давать детям «природные» имена: считалось, что, называя ребёнка в честь зверя, птицы или земноводного, родители передают ему их качества и одновременно «вписывают» в мир природы, чтобы она принимала его как своего. Лягушка в этом ряду занимала особое место.

По славянским поверьям, лягушки — это обращённые люди. Существовали легенды, что они произошли от утонувших во время всемирного потопа. В польском Поморье бытовало поверье, что аист бросает в печную трубу лягушек, и те, пройдя через дымоход, превращаются в младенцев. У лужичан считалось, что лягушки достают из воды маленьких детей. Таким образом, прозвище Квака могло нести не бытовой, а мифологический оттенок, связывая носителя с древними представлениями о происхождении жизни.

Фамилия образовалась по стандартной русской модели: к основе Квак- добавился суффикс принадлежности -ин. Форма Квакина — женская или принадлежащая члену семьи. Мужской вариант — Квакин. Встречается фамилия преимущественно в центральных и северных областях России, где были сильны традиции прозвищных имён.