Фамилия Лупань — редкий пример прозвищной фамилии, где на одно слово нанизано сразу несколько ярких значений, и каждое по-своему рисует возможный портрет предка. В отличие от фамилий на -ов или -ин, форма Лупань с нулевым окончанием характерна для южнорусских и украинских говоров: так могли записать прозвище напрямую, без добавления патронимического суффикса.

Самая очевидная нить ведёт к глаголу «лупить». В старом русском языке у него был широкий спектр значений: от «сдирать шкуру» до «брать непомерно высокую цену» и «сильно бить». Поэтому носитель прозвища Лупань мог быть кожевником или скорняком — человеком, который снимал шкуры с убитых животных и выделывал их. Но с той же вероятностью прозвище могло закрепиться за торговцем, который драл с покупателей втридорога, или за буяном и драчуном, который любил пускать в ход кулаки. В некоторых диалектах «лупить» означало ещё и «есть жадно, без меры», так что прозвище мог получить и просто любитель плотно поесть.

Есть и другая, менее бытовая, но не менее интересная версия. В южнорусских говорах «лупастый» — значит «глазастый», «пучеглазый», а «лупань» могли прозвать человека с большими, выпуклыми глазами или того, кто часто моргает. Эта версия объясняет прозвище через внешний признак, а не через поведение или занятие, и она не менее правдоподобна, чем «кожевенная».

Менее убедительно выглядит попытка возвести Лупань к каноническому имени Луп (от латинского lupus — «волк»). В святцах такое имя действительно встречается, и в народе оно могло принять форму Лупан. Но в русской ономастике фамилии, образованные от редких церковных имён, обычно получали суффиксы (-ов, -ин), а не застывали в виде чистого прозвища. Поэтому версия с прозвищем от глагола или от внешности кажется более органичной для фамилии Лупань.