Фамилия Маснев — это классический пример того, как ласковое домашнее прозвище, данное ребенку, со временем закрепилось за целым родом. В ее основе лежит прозвище Масень, которое восходит к диалектному слову «масенный». В вологодских, вятских и псковских говорах это прилагательное означало «маленький, крошечный». Проще говоря, Маснем родители могли называть своего сына, и это имя прилипало к нему на всю жизнь, а затем переходило к его детям уже в форме фамилии.

Такая модель образования — через уменьшительно-ласкательный суффикс -ень и далее через стандартный патронимический суффикс -ев — типична для русских фамилий, сформировавшихся из внутрисемейных имен. В старину маленького ребенка в доме редко звали полным именем. Чаще использовали прозвища с основой «мал-»: Мальцом, Малышом, Малютой. Масень стоит в этом же ряду, и даже когда ребенок вырастал, за ним сохранялось детское прозвище. Впрочем, не исключено, что прозвище Масень человек мог получить и в зрелом возрасте — например, из-за невысокого роста или худощавого телосложения. Тогда это была бы уже характеристика внешности, а не детское имя.

Отдельно стоит сказать о версии, связывающей прозвище с белорусским словом «маснiца» — «половица». Эта гипотеза выглядит маловероятной. Во-первых, она требует допущения, что предок был плотником, а во-вторых, фонетически и семантически связь с «маленьким» гораздо естественнее и лучше подтверждается диалектной географией. К тому же, суффикс -ень в русских прозвищах почти всегда указывает на уменьшительность, а не на профессиональную принадлежность.

Интересно, что фамилия Маснев не единственная в этом ряду. Однокоренные фамилии — Масенков, Масенко, Масенькин — встречаются как в русских, так и в украинских и белорусских землях. Это говорит о том, что прозвище было распространено шире, чем можно предположить по редкой фамилии Маснев. Однако точное место и время возникновения именно формы Маснев установить сложно: процесс закрепления фамилий в разных регионах растянулся на несколько столетий, и письменные источники не всегда фиксировали такие «домашние» имена. Тем не менее, фамилия сохранила для нас живое диалектное слово, которое сегодня почти исчезло из речи, и в этом ее ценность как памятника славянской культуры.