Фамилия Мацинин — это отчество второго порядка, то есть «внук Маци». Если разложить цепочку, получается: прозвище Маца → отчество Мацин (сын Маци) → фамилия Мацинин (внук Маци). Такая модель редкая и архаичная: обычно русские фамилии застывали на первой ступени (Мацин), а двойное притяжательное окончание указывает на то, что родовое имя закрепилось не сразу, а через поколение. Поэтому фамилия Мацинин стоит в одном ряду с такими же «внучатыми» формами, как, скажем, Бородинин или Путятинин.

Основа прозвища Маца — спорная, и здесь есть три версии, разной степени убедительности. Самая вероятная — украинское слово «мацак», то есть «щупальце». Прозвище могли дать человеку с длинными руками или, что чаще, за хваткость и изворотливость — в переносном смысле «цепкий», «за что ухватится, не выпустит». Такие прозвища по поведению давали легко и охотно, поэтому эта версия выглядит естественнее остальных.

Вторая версия ведёт к книгопечатанию: «маца» — кожаная подушечка на рукоятке для набивки чернилами. Если предок был мастером печатного дела, прозвище Маца могло стать профессиональным. Но у этой гипотезы слабое место: такая лексика узкоспециальная, вряд ли её подхватили бы в быту как кличку. Скорее всего, это позднее книжное значение, а не живое прозвище.

Третья версия — еврейская маца, пресная лепёшка. Она соблазнительна для тех, кто ищет в фамилии еврейский след, но по сути маловероятна: фамилия Мацинин образована по чисто русской словообразовательной модели с суффиксом -ин, и прозвище Маца в этом контексте — это скорее уменьшительное или шутливое домашнее имя, а не заимствование из иной традиции. К тому же в еврейской среде фамилии такого типа не возникали.

Точное место и время возникновения фамилии Мацинин не установить: процесс формирования русских фамилий растянулся на столетия, а письменные источники по такой редкой фамилии отрывочны. Но сама конструкция говорит о том, что род укоренился в русской или украинской среде, где отчества перерастали в фамилии естественным путём, без канцелярского нажима.

Сегодня фамилия встречается нечасто, что делает её ценным памятником живой славянской ономастики — в ней сохранилась и редкая модель «внучатого» отчества, и забытое прозвище, которое когда-то метко описывало человека.