Фамилия Миркульева — это женская форма, а мужская — Миркульев. Её основа напрямую связана с личным именем Миркул или Миркуль. Это составное имя тюркского происхождения, где первая часть «мир» восходит к арабскому «эмир» (повелитель, князь) или персидскому «мир» (господин), а вторая часть — «кул» (раб, слуга). В тюркской ономастике «кул» часто использовалось в религиозном контексте, означая «раб Божий», и присоединялось к именам, выражающим смирение перед Всевышним. Таким образом, Миркуль — это «раб эмира» или, что более вероятно в исламской среде, «раб Господина», то есть слуга Бога.

Формант «-ев» в фамилии указывает на русский способ оформления: от тюркского имени Миркуль образовали притяжательное прилагательное «Миркульев сын» — так на Руси фиксировали фамилии у крещёных или обрусевших народов Поволжья, Приуралья и Сибири. Суффикс «-ев» (а не «-ов») стоит после мягкого согласного «л», что типично для фамилий, произведённых от имён с конечным -ь. Встречаются варианты написания через «е» — Миркулева, но форма с «ь» (Миркульева) более точно передаёт исходное имя.

Географически фамилия Миркульева редкая и привязана к регионам, где исторически смешивались тюркские и славянские традиции: это Башкортостан, Татарстан, Оренбургская и Челябинская области. Встречается она и у казахов, но с окончанием «-ева» — Миркулева. В русском контексте носители фамилии, скорее всего, потомки служилых людей, казаков или крестьян, принявших православие, но сохранивших в роду тюркское имя. Сословная принадлежность не определяется однозначно: в метрических книгах XIX века Миркульевы записаны и как государственные крестьяне, и как мещане.

Однокоренные фамилии — Миркулов, Миркулин, Миркуловский — различаются суффиксами, но восходят к тому же имени. В словаре тюркских заимствований в русских фамилиях (по работам А. Суперанской и Б. Унбегауна) модель «Мир- + -кул» встречается нечасто, что делает Миркульеву интересным примером адаптации арабо-персидского имени через тюркское посредничество. Если ваш предок носил такую фамилию, он, вероятно, происходил из среды, где исламские имена переходили в русский обиход, а затем закреплялись в документах.