Фамилия Мушкаринов — редкий пример отчества второго порядка, которое сохранило в своей основе древнее мирское имя. Если разложить её по косточкам, получится цепочка: Мушкара → Мушкарин → Мушкаринов. То есть носитель этой фамилии — не просто сын, а внук человека по имени Мушкара. Такая модель образования встречается реже, чем привычные фамилии на -ов и -ин, и указывает на то, что родовое имя закрепилось не сразу, а лишь во втором поколении.

Само имя Мушкара восходит к диалектному слову «мошкара» — так в народе называли мух, мошек и прочую летающую мелочь. Любопытно, что в старину это слово произносили и писали по-разному, и форма без начального «о» закрепилась в имени собственном. С точки зрения словообразования здесь всё прозрачно: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей сын»), а финальное -ов добавляет уже к отчеству, образуя фамилию внука.

Но почему родители могли назвать ребёнка Мушкарой? У славян мухи и мошки ассоциировались не с бытовой досадой, а с потусторонними силами. Считалось, что эти насекомые связаны со злыми богами, порчей и сверхъестественными существами, по большей части враждебными человеку. Поэтому имя Мушкара, скорее всего, относится к разряду охранительных, или обережных. Логика проста: назовёшь сына неблагозвучно, отпугнёшь злых духов — и они не позарятся на ребёнка, не нашлют болезнь. Надеясь вырастить красивого и здорового мальчика, родители сознательно давали ему такое «отпугивающее» имя.

Стоит оговориться: это наиболее правдоподобная версия, но не единственная. В некоторых говорах «мушкарой» могли в шутку называть суетливого, юркого человека — того, кто вертится, как мошка перед огнём. В таком случае прозвище Мушкара закреплялось за взрослым по характеру, а уже от него переходило к детям. Однако охранительная трактовка для мирских имён с «негативной» семантикой встречается у ономастов чаще, поэтому она выглядит предпочтительнее.

Фамилия Мушкаринов нечастотна, и это объяснимо: имена-обереги не были поголовными, а двойное отчество вообще образовывалось не у всех. Географически она тяготеет к северным и центральным русским говорам, где диалектное слово «мушкара» бытовало особенно широко. В документах фамилия встречается с XIX века, но из-за редкости её носители не образовали заметных родовых гнёзд — скорее, это отдельные семьи, разбросанные по разным губерниям.