Фамилия Персидские (в мужском роде — Персидский) отсылает к прозвищу, в основе которого лежит название страны Персия, то есть современный Иран. Такая модель типична для русских фамилий, образованных от прозвищ, которые указывали на происхождение человека, его торговые связи или просто на запомнившуюся окружающим деталь его биографии.

Разбираем суффикс. Форма на -ский говорит о том, что фамилия складывалась в среде, где было принято подчёркнутое, «благородное» оформление прозвища. Такие фамилии часто встречались у духовенства и дворянства, но могли закрепиться и за выходцами из других сословий, стремившихся к более книжному звучанию. В данном случае суффикс не меняет смысла основы, а лишь придаёт ей статусный оттенок.

Кем мог быть предок? Самая правдоподобная версия — купец, водивший торговые дела с Персией. Торговые пути вдоль Волги и Каспия связывали русские земли с персидскими городами, и человека, регулярно возившего товары или жившего там подолгу, земляки легко могли прозвать Персидским. Менее вероятно, но не исключено, что так называли выходца из Персии, осевшего в русских землях, — в таком случае прозвище указывало бы на место рождения.

Важно не путать: фамилия не имеет отношения к персидскому языку или культуре напрямую. Она — чисто русское образование, и её носитель мог не знать ни слова по-персидски. Прозвище цеплялось за внешний маркер: товар, одежду, манеру торговаться или рассказы о дальних странах.

О точном времени возникновения говорить сложно. Фамилии на -ский активно формировались с XVI по XVIII век, но прозвище Персидский могло возникнуть и раньше, а закрепиться в качестве наследственного имени — значительно позже. Сам факт, что фамилия сохранилась и дошла до наших дней, говорит о том, что род был достаточно заметным, чтобы имя закрепилось за потомками.

В написании фамилии встречается вариант «Персидский» для мужчин и «Персидские» для множественного числа или женского рода в определённых контекстах. Это нормальная русская практика, и она не меняет этимологии. Фамилия остаётся памятником славянской письменности, зафиксировавшим в одном слове целый пласт торговых и культурных связей России с Востоком.