Происхождение
Фамилия Первойкин
Фамилия Первойкин звучит на русский лад, но корни её уходят в мордовскую среду, где веками складывался особый пласт личных имён. Основу многих фамилий мордвы составили не только исконно мордовские дохристианские имена, но и русские дохристианские имена, а также христианские имена греческого происхождения, которые воспринимались по мере христианизации и распространения русской культуры. Фамилия Первойкин образована от русского дохристианского имени Первойка, которое, скорее всего, восходит к слову «первый».
Вполне вероятно, что такое имя получал ребёнок, родившийся в семье первым. В старину это был распространённый приём: наряду с Первойкой бытовали имена Первух, Вторый, Третьяк, Четвера и другие. Они не были редкостью ни у русских, ни у соседних народов, и мордва, перенимая русские традиции именования, тоже охотно их использовала. Имя Первойка звучало ласково, по-домашнему — так могли называть старшего сына, первенца, на которого ложилась особая надежда.
Суффикс -кин в фамилии указывает на принадлежность: Первойкин — это «сын Первойки». Такая модель образования фамилий характерна для северных русских территорий и Поволжья, где мордовское население активно смешивалось с русским. Со временем имя превратилось в прозвание рода, а затем закрепилось как фамилия, передающаяся по наследству.
В исторических документах упоминается священник Матвей Сидорович Первойкин (1898–1937), проживавший в селе Бутаково Знаменского района Омской области. Это реальное свидетельство того, что фамилия бытовала в Сибири, куда её принесли переселенцы. Судьба этого человека трагична — годы репрессий не обошли его стороной, но сам факт упоминания в документах говорит о том, что носители фамилии были среди духовенства, людей грамотных и уважаемых.
Сегодня фамилия Первойкин встречается нечасто, но она сохранила память о древнем обычае называть людей по порядку рождения. Потомок человека, обладающего именем Первойка, со временем получил фамилию Первойкин, и в ней до сих пор слышится отголосок той простой и ясной эпохи, когда имя могло рассказать о человеке больше, чем паспорт.