Фамилия Полазник — редкий случай, когда прозвище не просто перешло в фамилию, а сохранило свою первоначальную грамматическую форму. В отличие от подавляющего большинства русских фамилий на -ов, -ин или -ский, Полазник стоит в именительном падеже единственного числа и образовано напрямую от существительного. Суффикс -ник указывает на лицо по действию или предмету: это «тот, кто полазит» или «тот, кто связан с полазанием».

Ключ к значению — глагол «полазить» (совершить действие, лазать некоторое время). В русских говорах «полазник» имел несколько конкретных значений. Самое распространённое — человек, который первым входит в новый дом или в избу после свадьбы. В народных обычаях полазник считался важной фигурой: от него, по поверьям, зависело благополучие семьи. Если полазник оказывался добрым и удачливым — жди счастья, если нет — могли ждать неприятности. Иногда так называли и первого гостя на Рождество или Новый год.

Другая, более прозаическая версия — прозвище ловкого, подвижного человека, который любит и умеет лазать (по деревьям, скалам, крышам). В северных и сибирских говорах «полазить» означало также «побродить, походить», поэтому Полазником могли прозвать странника или бродягу. Есть и узкое ремесленное значение: на Урале «полазником» называли рабочего, который спускается в шахту для разведки или ремонта — то есть «лазальщика».

Географически фамилия тяготеет к северу и востоку европейской России: встречается в Вологодской, Кировской областях, реже в Пермском крае. На Урале и в Сибири она могла закрепиться именно за шахтёрами или старателями. Сословной привязки нет: Полазниками могли быть и крестьяне, и посадские люди, и мастеровые.

С точки зрения словообразования, фамилия уникальна: в русской ономастике почти нет аналогов с корнем полаз- и суффиксом -ник в чистом виде. Ближайшие родственники — фамилии Полозов (от «полоз» — змея или часть саней) и Полозников (от «полозник» — мастер, делающий полозья), но они образованы от другой основы и другого значения. Полазник стоит особняком: это не переосмысленное имя и не отчество, а застывшее прозвище по действию или обрядовой роли.