Фамилия Поплевин — один из тех случаев, когда за привычным на слух окончанием скрывается неочевидная и даже несколько неловкая история. Она образована от личного прозвища Поплева, которое давалось человеку в древнерусской среде. Чтобы понять, что оно значило, придется разобрать сразу две версии, и обе имеют право на существование.

Первая гипотеза отталкивается от глагола «плевать» с приставкой «по-». Прозвище Поплева в этом случае носило откровенно ироничный оттенок: так могли назвать неряху или человека с дурной привычкой, который не стеснялся плеваться на людях. В крестьянской и посадской среде, где меткое словцо ценилось выше комплимента, подобные прозвища прилипали быстро и намертво, а потом переходили в фамилию без всякого стеснения.

Вторая версия глубже и интереснее. Она связывает основу со словом «плева» — тонкой кожицей, оболочкой, пленкой. Но у этого существительного в старорусском языке имелись и переносные, куда более едкие значения: «вредное, ложное ученье», а также «раздор, сплетни, наговоры». Если следовать этой трактовке, то Поплевой могли окрестить сплетника, смутьяна или человека, который сеет ссоры между людьми. Такое объяснение выглядит даже правдоподобнее, поскольку в основе прозвищ чаще лежала характеристика поведения, а не физический недостаток.

Сама модель образования фамилии типична для восточнославянской традиции. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Поплевин буквально означает «сын Поплевы», «тот, кто из рода Поплевы». Такой способ использовался в основном в среде простых людей — крестьян, ремесленников, мелких служилых — и составлял конкуренцию более «аристократичной» модели на -ов/-ев.

Точное место и время возникновения фамилии назвать сложно: процесс становления русских фамилий растянулся на несколько столетий, и в разных регионах он шел с разной скоростью. Однако сам факт, что прозвище легло в основу фамилии, говорит о том, что предки Поплевиных были людьми заметными в своей общине — иначе бы их не наградили таким выразительным именем.

Любопытно, что у фамилии есть редкая особенность: она почти не встречается в дворянских родословных и не попала в число распространенных «барских» фамилий, что лишний раз подтверждает ее простонародное происхождение. При этом она сохранилась до наших дней, а значит, история рода не прерывалась.