Происхождение
Фамилия Поплюев
Фамилия Поплюев звучит скорее шутливо, но за ней стоит вполне конкретная и не самая приятная история прозвища. В основе лежит древнерусское слово «поплюй» или глагол «поплевать» — не в смысле плеваться, а в значении «поплевать, смочить слюной». В крестьянском быту так могли назвать неряху, который не следит за собой или делает работу кое-как, «тяп-ляп», лишь бы сбыть с рук. Другая, более правдоподобная версия связывает прозвище с человеком, который постоянно сплевывал — по привычке или из-за болезни. Такие бытовые прозвища на Руси давали без злого умысла, просто как яркую примету.
Модель образования типична для русских фамилий: прозвище Поплюй плюс патронимический суффикс -ев, указывающий на принадлежность («сын Поплюя»). Суффикс -ев, а не -ов, стоит после мягкого согласного [й], что грамматически верно. В словаре Б. Унбегауна фамилии на -ев, образованные от подобных прозвищ, отнесены к разряду «характеристических» — то есть описывающих внешность или поведение предка.
Встречается фамилия нечасто, но имеет отчетливую географическую привязку. По данным открытых архивов и телефонных справочников, основная масса Поплюевых сосредоточена в Пермском крае и Удмуртии. Это указывает на то, что прозвище бытовало в северно-русских говорах, где слово «поплюй» могло иметь и другое, ныне утраченное диалектное значение. В центральных областях России фамилия почти не фиксируется.
Известных исторических деятелей с этой фамилией нет — она осталась в низовой среде, среди крестьян и мещан. В дворянские родословные книги она не попала, поэтому не встречается в списках служилого сословия. Зато в фольклоре известен персонаж: в сборнике русских народных сказок А. Афанасьева фигурирует Иван Поплюй — ленивый, но хитрый герой, который дурачит барина. Вероятно, это не совпадение, а отражение той же семантики прозвища: не столько грязнуля, сколько человек себе на уме, нерадивый с виду, но себе на уме.
Таким образом, Поплюев — это фамилия-характеристика, рожденная в крестьянской среде северной России. Она не имеет отношения к попам или церкви, несмотря на созвучие с «поп», а целиком обязана своим происхождением живому разговорному слову, описывающему неопрятность или дурную привычку.