Фамилия Потапочкина — редкий случай, когда в основе лежит не имя, не ремесло, а бытовое прозвище, связанное с обувью. Её мужской вариант — Потапочкин. Разбирать её стоит не с корня, а с суффиксальной модели: здесь работает сразу два суффикса — уменьшительно-ласкательный «-к-» и притяжательный «-ин». Сначала образовалось слово «потапочек» (маленькая тапка, домашняя туфелька), а от него — фамилия по отцу: «чей?» — Потапочкин. Форма на «-а» — женская, но в быту часто закрепляется за всей семьёй.

Корень «тап-» (или «топ-») ведёт к глаголу «топать» — шаркать, стучать ногами при ходьбе. «Потапок» в русских говорах — это и есть домашняя туфля, тапка, часто без задника. Человек мог получить прозвище Потапок, если он, например, ходил в стоптанных опорках или, наоборот, шил такую обувь. В ономастическом словаре Б. Унбегауна «Русские фамилии» (раздел о прозвищах от предметов быта) подобные образования описаны как типичные для северных и центральных областей России, где слово «потапок» было в ходу.

Интересная деталь: фамилия Потапочкина не связана с крестильным именем Потап (от греческого Потамий — «речной»). Несмотря на созвучие, «Потап» и «потапок» — разные слова. Уменьшительное от имени Потап звучало бы как Потапов или Потапкин, а не Потапочкин. Так что перед нами чисто прозвищная фамилия, возникшая в крестьянской или ремесленной среде, где человека могли назвать по предмету его труда или по характерной детали внешности.

Географически фамилия тяготеет к Вологодской, Архангельской и Костромской областям — там диалектное слово «потапок» фиксируется в словарях XIX века. Встречаются варианты написания через «д» — Потадочкин, но это уже искажение при переписи, когда писарь записывал на слух. Носителей фамилии мало, она не попала в списки дворянских родов и не упоминается в ранних родословных книгах — что подтверждает её позднее, простонародное происхождение.

Таким образом, Потапочкина — буквально «дочь того, кто ходил в потапках» или «дочь сапожника, тачавшего домашние туфли». Фамилия сохранила память о будничной стороне жизни предков, о том, что когда-то обувь была не просто вещью, а поводом для прозвища.