Фамилия Прокуратор — редкий случай в русском ономастиконе. Она не образована от крестильного имени, не связана с ремеслом или внешностью предка, а напрямую восходит к латинскому слову procurator — «управляющий, поверенный». В Российской империи это слово имело два совершенно разных значения, и от того, в каком контексте его закрепили за человеком, зависит происхождение фамилии.

Самая очевидная версия — семинарская. В духовных училищах и академиях XVIII–XIX веков ученикам нередко давали фамилии по церковным праздникам, латинским терминам или библейским реалиям. «Прокуратор» — прямой отсыл к Понтию Пилату, римскому прокуратору Иудеи, который фигурирует в Евангелиях. Фамилию могли дать либо семинаристу, который выделялся строгостью или, напротив, вызывал ассоциации с этим историческим персонажем, либо просто как звучную книжную фамилию — таких в духовной среде было много: Преображенский, Апостолов, Философов.

Вторая версия — светская. В России слово «прокуратор» употребляли в значении «стряпчий, ходатай по делам», то есть поверенный, который вел чужие судебные тяжбы. Человека, профессионально занимавшегося таким ремеслом, могли прозвать Прокуратором, а его потомки уже получили фамилию. Однако эта версия слабее: прозвища от латинских должностей в крестьянской и мещанской среде редки, а среди дворян фамилии такого типа почти не встречались. Гораздо вероятнее, что фамилия искусственная, книжная.

Словообразовательно фамилия стоит особняком: в ней нет типичных русских суффиксов -ов, -ин, -ский. Это чистая основа с нулевым окончанием, что характерно для поздних искусственных фамилий в среде духовенства (сравните: Апостол, Философ, Митрополит). Такая форма подчеркивает, что фамилию не переделывали из прозвища, а дали как готовое слово.

Географически фамилия Прокуратор встречается точечно, преимущественно на юге России и в бывших малороссийских губерниях — там, где семинарские фамилии были особенно популярны. Встретить её в старых переписях великорусских уездов почти невозможно.

Суммируя: ваш предок с высокой вероятностью учился в духовном училище или семинарии, и фамилию ему дали по евангельскому персонажу. Это не прозвище по профессии, а искусственное именование, которое в XIX веке считалось благозвучным и образованным.