Фамилия Простынкин — яркий пример того, как бытовое слово, попав в прозвище, закрепилось в родовом имени. В основе лежит слово «простыня», но не в современном значении постельной принадлежности, а в более древнем, переносном. В русских говорах «простынёй» могли называть человека вялого, безынициативного, «размазню» — того, кто «расползается», как мокрая ткань. Или же, напротив, прозвище давали рослому, нескладному человеку, которого сравнивали с длинным полотнищем. Вторая версия правдоподобнее: прозвище Простыня часто встречается в документах XV–XVII веков и почти всегда относится к людям высокого роста.

Суффикс -ин указывает на патронимическую модель: Простынкин — это «сын Простыни». В отличие от более массовых фамилий на -ов/-ев, модель на -ин в центральной России была характерна для прозвищ, оканчивающихся на -а/-я. Обратите внимание на ударение: в фамилии оно падает на второй слог (Просты́нкин), тогда как в исходном слове «простыня́» — на последний. Такое смещение типично для фамилий, образованных от прозвищ, и помогает отличить их от случайных совпадений с нарицательными словами.

Географически фамилия Простынкин тяготеет к северо-восточным областям России — Вологодчине, Костромской и Кировской областям. В этих краях слово «простыня» в значении «высокий, худой человек» фиксируется диалектологами до сих пор. Встречается фамилия и в Поволжье, но реже. Социальный состав носителей в XIX веке — преимущественно крестьяне и мещане, что подтверждает народное происхождение прозвища.

В ономастических трудах фамилия Простынкин не относится к числу подробно описанных, но её прозрачная этимология позволяет уверенно говорить о связи с внешней характеристикой предка. Интересно, что однокоренные фамилии — Простин, Простинкин — встречаются в тех же регионах, но образованы от другого корня (от слова «простой»). Простынкин же стоит особняком: его основа — не качество характера, а зримый, почти портретный образ.