Фамилия Ратов в самом простом и прямом прочтении отсылает к прозвищу Рато, а оно, в свою очередь, к слову «рать» — битва, войско. Такое прозвище легко мог получить вспыльчивый, горячий человек, которого сравнивали с военным походом или боем. Но это лишь верхний, самый заметный пласт значения, лежащий на поверхности.

Копнем глубже, и окажется, что у этого корня есть неожиданные, почти бытовые ответвления. В псковских и тверских говорах «ратью» называли крупную сельдь. Согласитесь, контраст ощутимый: от образа сурового воина до рыбака или искусного повара, который умел эту самую сельдь разделать и приготовить. Для жителей тех мест прозвище Рато звучало бы скорее как профессиональная характеристика, чем как намек на характер.

Есть и третья версия, которая уводит нас в еще более древние времена. В основе прозвища может лежать старинный славянский глагол «орать» — то есть «пахать». Если так, то перед нами не воин и не рыбак, а земледелец, пахарь. Прозвище Рато в этом случае указывало бы на род занятий основателя рода, на его связь с землей. Этот вариант правдоподобен хотя бы потому, что земледелие было основой жизни для большинства славян, и прозвища по ремеслу давали охотно.

Что интересно, слово «орать» в значении «пахать» — общеславянское, оно сохранилось в некоторых языках до сих пор (например, в украинском «орати»). А вот «рать» — слово, которое в современном русском языке почти ушло в пассивный запас, осталось в основном в поэзии и истории. Поэтому, если разбирать фамилию с точки зрения частотности употребления корня, версия с «орать» может показаться даже более устойчивой, но версия с «ратью» — более очевидной для современного уха.

Сам суффикс «-ов» указывает на классическую модель русских фамилий, отвечающую на вопрос «чей?». Ратов — значит «сын Рато», потомок человека с таким прозвищем. Эта модель была самой распространенной на Руси, так что в плане словообразования фамилия абсолютно типична, чего не скажешь о ее смысловом наполнении.

В итоге перед нами редкий случай, когда одна короткая фамилия таит в себе три совершенно разные судьбы: воина, рыбака и пахаря. Какая из них верна для конкретной семьи — вопрос к генеалогии, но каждая из этих версий по-своему колоритна и имеет право на существование.