Фамилия Ребек почти наверняка прозвищная: так в старину называли человека по его занятию или привычке, а уже потом это прозвище закрепилось за его потомками. Спор о происхождении идет между двумя версиями — кулинарной и музыкальной, и обе имеют право на жизнь.

Первая гипотеза связывает прозвище с польским словом «рейбаки» — так называли блюдо из тертого, то есть райбованного, картофеля: оладьи или клецки. По этой логике Ребеком могли прозвать любителя такого кушанья, а еще вероятнее — повара, который его готовил. Версия бытовая, живая: прозвища по еде и пристрастиям в еде на Руси давали охотно.

Вторая версия уводит в музыку. Слово rebec — это старинный смычковый струнный инструмент, предшественник скрипки. Ребек повлиял на формирование всего скрипичного семейства, а в XIII–XIV веках он широко распространился в музыкальной практике Западной Европы. Происхождение самого инструмента точно неизвестно: возможно, в позднем средневековье его занесли в Испанию арабы, либо, наоборот, арабы познакомились с ним уже после покорения Пиренейского полуострова. Если придерживаться этой версии, прозвище Ребек получил музыкант, игравший на этом инструменте.

Какая из версий правдоподобнее? Для русской фамилии кулинарная кажется более органичной: польское влияние на западных русских землях было сильным, а вот чтобы странствующий музыкант с редким инструментом оставил прозвище, которое закрепилось за родом, — случай возможный, но более редкий. Впрочем, обе версии не исключают друг друга: разные носители фамилии могли получить её независимо друг от друга — один за любовь к картофельным оладьям, другой за игру на ребеке.

Сам тип фамилии — без суффикса, чистое прозвище в именительном падеже — указывает на позднее оформление, скорее всего, в западных или юго-западных регионах, где польское и украинское влияние смешивалось с русским. Это не типичная для центральной России модель на -ов или -ин, а более архаичная, что само по себе делает фамилию заметной.