Фамилия Робер — один из тех случаев, когда русское ухо слышит что-то иноязычное, и не ошибается. В отличие от подавляющего большинства русских фамилий, образованных от православных имён или прозвищ с помощью суффиксов -ов, -ев, -ин, Робер — это фамилия без суффикса, чистая основа. Она пришла в Россию из Западной Европы, и её география бытования в нашей стране почти всегда указывает на немецкие или французские корни предков.

Сама основа восходит к древнегерманскому имени Hrodebert (hrod — «слава» + berht — «яркий, блестящий»). В разных языках это имя дало варианты: Роберт (английский), Робер (французский), Роберт (немецкий). Именно французская форма Робер (Robert) без конечного «т» и закрепилась в качестве фамилии у переселенцев — как правило, у обрусевших немцев, французов или швейцарцев, приглашённых в Российскую империю в XVIII–XIX веках для работы на заводах, в аптеках или при дворе.

С точки зрения русской ономастики, фамилия Робер — редкий пример «варваризма», то есть заимствованного слова, не переоформленного по местным грамматическим правилам. Если бы фамилию давали русские крестьяне, они бы сказали «Роберов» или «Робертов» (сын Роберта). Но этого не произошло, потому что носители фамилии сами были носителями языка-источника и сохранили исходное написание. В метрических книгах XIX века встречаются написания Робертъ, Роберъ, а в документах советского времени окончательно закрепилось Робер — без твёрдого знака и без лишних букв.

В дореволюционной России эта фамилия не была распространена среди крестьянства или духовенства. Её носители — это, как правило, городские обыватели, специалисты: инженеры, провизоры, учителя, офицеры. Встречается она и у потомков французских гувернёров, и у выходцев из немецких колоний Поволжья. После 1917 года часть носителей эмигрировала, но многие остались, и сегодня Робер — пусть и малочисленная, но устойчивая фамилия, которую можно встретить в Москве, Санкт-Петербурге, а также в Саратовской и Самарской областях, где исторически были немецкие поселения.

Споров о происхождении здесь почти не возникает: основная версия — от западноевропейского личного имени Роберт. Альтернативой могло бы быть прозвище от диалектного глагола «робеть» (бояться, стесняться), но это маловероятно: в русской традиции прозвища с таким корнем давали бы форму Робя или Робкий, а не Робер. К тому же в документах фамилия последовательно фиксируется с буквой «е», а не «ё», что указывает на заимствование.