Фамилия Рябок образована от прозвища Рябок, которое восходит к корню -ряб-. Этот корень в русских говорах имел несколько значений, и от того, какое из них вкладывали в прозвище, зависела характеристика предка. Сейчас с достоверностью определить, чем руководствовались люди, давая прозвище основателю рода, невозможно, поэтому стоит рассмотреть основные версии.

Если корень -ряб- означает «рябой», то есть «пестрый», Рябком прозвали человека с заметными пятнышками на лице — веснушками. Однако такие следы-пестринки могли появиться и после перенесенной оспы — инфекционного заболевания, которое вплоть до XIX века уносило тысячи жизней в Европе. Людей со следами оспы на лице как раз и называли рябыми. В этом случае прозвище Рябок указывало бы на то, что основатель рода переболел оспой и сохранил на коже характерные отметины.

Есть и другая версия: корень -ряб- мог означать «рябить», то есть «мелькать, маячить перед глазами». Тогда Рябком называли суетливого, непоседливого человека, который постоянно в движении и не дает покоя окружающим.

Однокоренные именования встречаются в исторических источниках начиная с XVI века. В «Ономастиконе» С.Б. Веселовского упоминаются Рябка Василий Андреевич Блохин Аничков (вторая половина XVI века), холоп Рябов Дорофей (1595 год, Новгород), подьячий, дозорщик Рябцов Ерофей (1616 год). Эти примеры показывают, что прозвища с корнем -ряб- бытовали в разных сословиях — и среди служилых людей, и среди холопов, и среди приказных.

Интересно, что фамилия Рябок сохранила форму прозвища без типичного для русских фамилий суффикса -ов/-ев. Такое «неоглаголенное» бытование встречается реже и часто указывает на украинское или южнорусское происхождение, где подобные формы закрепились как самостоятельные фамилии. В северных же и центральных регионах чаще встречаются варианты Рябков, Рябиков, Рябцов — с теми самыми патронимическими суффиксами.

Таким образом, фамилия Рябок — это прозвище, которое могло описывать внешность или характер предка. Какую именно черту подмечали окружающие — веснушки, следы оспы или суетливость, — теперь уже не установить, но сам корень сохранил память о живой народной речи, где одно слово вмещало в себя и цвет, и движение, и болезнь.